ЛОГО

Социальные отношения и интересы.

Пахота-2 - работа - ИСТОРИИ СТАРОГО БЫТА - Каталог статей - истории быта

Опубликовано: 28.09.2018

Кто не мечтает в жаркий летний день окунуться в прохладную воду? Бассейн на загородном участке предоставит такую возможность в любой момент. Строительство постоянной конструкции, с учетом перепадов температур и атмосферных осадков, обойдется в круглую сумму. Надувные же не могут обеспечить той свободы движений, которой хотелось бы обладать, подробнее тут мы обслуживали бассейн у http://montelgroup.me/sr/. Компромиссным решением является  каркасное обустройство. В данной статье мы расскажем как сделать такую конструкцию на даче, а также покажем фотографии таких бассейнов.

Конструкция может быть возведена как при помощи металлической основы, так и деревянной.

Расчищаем и выравниваем площадку

Для бассейна с каркасом потребуется ровная поверхность. Если таковой нет, придется создать ее самостоятельно. Предварительно рассчитав ее площадь, нужно подготовить место для возведения конструкции: выровнять поверхность выбранного места, утрамбовать грунт и сверху насыпать слой песка в 5-7 см.

Это конструкция, в состав которой входят стальные или деревянные элементы, выполняющие роль стен; прочная пленка, являющаяся в некоторых случаях либо дном, либо дном и стенами. Таким конструкциям необходим тент, предотвращающий внешнее загрязнение воды, а также система очистки и фильтрации воды.

Требуемые строительные материалы и инструменты:

Что же лучше:

росчисть или навоз

Как уже говорилось, XVIII век характерен резким усилением внимания, особенно в Цен­тре России, к интенсивности обработки почв.

В основе этого лежало несколько причин. Во-первых, это резкое повышение удельного веса земель посредственного и худого плодородия. Так, в Осташ­ковском у. Тверской губ. преобладали земли, которым мало помогал даже навоз ("и самое унавоживание немного ее удабривает"). Во-вторых, рас­пашка лугов и сокращение так называемых "пашенных лесов", т.е. лесов, пригодных для росчистей под пашню. Таких лесов совсем не осталось, на­пример, в Переяславском уезде. В середине XVIII в. там уже были преиму­щественно одни "блюденные рощи". В Тверской губ. к числу лесистых уез­дов этого времени относились Корчевский, Калязинский, Вышневолоцкий, Весьегонский и Осташковский уезды. Частично леса сохранились в Зубцовском, Краснохолмском и Бежецком уездах. Остальные уезды были почти безлесны. Причем в Осташковском у. земля хотя и расчищается под пашню, но, по свидетельству современников, общее количество пашни не растет, так как через два хлеба (на росчисти, — Л. М.) запускают под лес". В Тверском у. "за неимением лесов землю под пашню разчищают мало". В Кашинском у. леса нет: он выведен "по причине частых селений и много­людства". Даже в изобильной лесами Ярославской губ. кое-где наблюдал­ся острый недостаток лесных резервов для пашни. Так, в Романовском у. в конце XVIII в. лесов почти не осталось, да и пашни не хватало. В-третьих, острая нехватка традиционного и единственного удобрения — навоза, — в нечерноземных зонах. Судить о последнем дают возможность некоторые, довольно яркие иллюстрации. В Переяславль-Залесской провинции, когда-то, в XVII в. плодородном крае, в 60-е гг. XVIII в. большинство почв без навоза "произрастания никакого не произведет". В Калязинском у. Твер­ской губ. земля "без навоза родит плохо". В Костромской губ. навоза "по недовольному числу скота... не достает", поэтому кладут его только под ози­мую рожь, лишь иногда "разве кто несколько под пшеницу и ячмень онаго положит". Исключением были приволжские побережные районы Кост­ромского и Кинешемского уездов, где были обильные заливные луга и коли­чество скота было больше обычного. Между тем в губернии, особенно на Правобережье Волги, были земли, требующие особенно много навоза. Это глинистые или иловатые почвы, смешанные с песком и имеющие наклон в какую-либо сторону. Их в губернии называли "скатистыми". Влага с них уходила, и гумус в них постоянно вымывался. Урожайными они были лишь при наличии двух условий: влажности и удобрений. Так, по Юрьевец-Повольскому у. автор топографического описания отметил, что грунты здесь глинистые и отчасти иловатые, смешанные с песком, а потому скатистыя и сухия... требуют прилежного удобрения". Но скота здесь мало, и "до­вольно удобрять не могут". Отсюда и низкая урожайность: рожь, ячмень, пшеница, овес, горох и лен имели урожайность сам-2 и сам-3. Та же картина в Нерехтском у. На "скатистых" и сухих полях урожай важ­нейших яровых культур этого края — овса и льна сам-2 и сам-3. И лишь рожь, пшеница, ячмень и горох имеют урожайность сам-3 и сам-4. Толь­ко в изобилующем лесами Кологривском у., где поля постоянно обновлялись за счет лесных росчистей ("из пространных лесов разчищаемые пашни при­носят им изобильный урожай хлеба"), основным условием обильного уро­жая была лишь влажность (урожай был "лутчей, когда лето влажно, ибо скатистые поля и большею частию находящаяся тугая земля в сухое лето не производит хорошего урожая"). Поскольку дожди здесь, видимо, были не редки, то урожай был, по-тамошнему, очень высок (рожь, ячмень и ярица сам-3 и сам-4, пшеница сам-4 и сам-5, овес и лен сам-2 и сам-3). Тако­го плодородия было достаточно, чтобы уезд в удачливый год вывозил к пристаням на р. Сухоне более 30 тыс. четвертей главным образом ржи и пшеницы.

 

"Охота" за навозом

В Каширском у. в 60-х гг., по свидетельству А.Т.Болотова, стала распространяться прак­тика "откупать стойлы, то есть, чтоб стадо скотское, принадлежащее той деревне, в полдни, когда оное отдыхает, дер­жать не при воде в вершинах (как обычно, — Л. М.), но в чьей-нибудь де­сятине". На севере Тамбовского края в Елатомском у. при изобилии ле­сов "пашенной земли едва достаточно", к тому же и плодородие ее было не лучшее. В итоге здесь "в разсуждении грунта земли пещаного и глини­стого под озимой и под яровой хлеб пашут и боронят дважды и землю удобривают навозом". И тем не менее и пшеница, и рожь, и овес, и просо, греча, горох, мак, ячмень: все прозябения родятся столь плохо, что недос­таточно и к продовольствию жителей". Удобряли землю и в северной час­ти Шацкого уезда. Нехватка навоза была повсеместной и в Ярославской, и во Владимирской, и в Нижегородской губерниях. В Тверском, Кашин­ском, Корчевском, Старицком, Зубцовском уездах Тверской губернии "на­воз кладут под одну рожь", экономя даже на удобрении огородов ("ого­родные овощи родятся же посредственно за малым удобрением огородов по недостатку... навоза, употребляемого более на унавоживание полей"). В Ржевском у. навоз кроме ржи кладется еще под коноплю, а в Красно­холмском и Весьегонском уездах "навоз кладут под рожь, а иногда под яч­мень" ("в некоторых местах под ячмень"). В Калязинском у. навоз также кладут только под рожь, "а иногда под пшеницу-ледянку и ячмень". В Юрьев-Польском уезде крестьяне скупали навоз и везли его за несколько верст на поля. В 60-х годах XVIII в. в Рязанской провинции помещики, ведущие хозяйство особенно тщательно, удобряли землю навозом, а "недос­татке иногда навоз для удобрения покупают". На левом берегу Оки "в деревнях около Коломны... крестьяне прилежнее и искуснее всех почти в Московской губернии крестьян в земледелии, ибо навоз покупая в Колом­не... везут верст за 6 и далее от города". Из Москвы также вывозили ве­ликое множество навоза. В Вологодском районе, где, в отличие от большинства регионов Нечерноземья, были изобильные пастбища и сенокосы, пашни интенсивнее удобрялись навозом в озимом поле, "почему и родится хлеб с избытком, так что за продовольствием своим отвозят излишний в го­род на продажу". В районах, ближайших к Петербургу, в частности в так называемой Ингрии (Ингерманландии), на скудных землях путем обильного удобрения, главным образом помещичьих пашен, в конце XVIII в. в некото­рых местах получали огромные урожаи. "Здесь в Ингрии, — пишет совре­менник, — старательные домостроители доводят свои естественные тощие пашни до такого плодородия, что против посеву в 15 раз умолоту получают, занимая притом и необширнейшее пространство земли, против протчих мест, где урожай только в 5 раз противу посеву бывает". Однако таких очагов развития интенсивного земледелия было еще очень мало.

В большинстве нечерноземных районов Центра России даже в господ­ских хозяйствах уже в середине XVIII в. ощущалась нехватка навозного удобрения. Так, из 23 монастырских вотчин 10 уездов Центральной России в 60% случаев на поля вывозилась половинная норма удобрений (считая за норму 1500 пудов полупрелого навоза на дес.), а в четверти вотчин лишь 30% этой нормы. Положение с крестьянским хозяйством было гораздо хуже. А.Т.Болотов на основе огромного количества наблюдений за кресть­янской жизнью в 1778 г. делает весьма грустное заключение: "Сами вы знаете, что унавоживаемые и удобренные пашни не навсегда остаются хоро­шими, но, с каждым годом худея, приходят опять в худое состояние, но... как бы то ни было, но... мы пашням своим через унавоживание и удобрение много помогаем". Под "удобрением" здесь А.Т.Болотов подразумевал многократную обработку земли. Принципиально важны здесь и суждения и наблюдения Василия Приклонского, который писал, что у крестьян навоз "от неимения соломы и от малого числа скота ни сочен, ни доволен для унаво­живания его пашни бывает. Сверх того в возке от небрежения много пропа­дает, а вывоженный на поле, лежа долго в кучах, от солнца весь сок теряет. Итак земля, хотя и почитается навозною, но едва ли не хуже иной ненавоз­ной, хорошо обработанной земли дает". Разумеется, в основе таких не­урядиц сельского труженика лежит огромный дефицит рабочего времени, обусловленного краткостью временного цикла сельскохозяйственных работ в большинстве районов России. В свою очередь, этот дефицит времени усугублялся различного рода субъективными факторами. Однако краткость ра­бочего цикла земледельческих работ необычайно резко сокращала возможность заготовки кормов для скота, что, в свою очередь, минимизировало его численность, а следовательно, сокращало возможность использования навоза как удобрения пашни. Нет навоза, но есть "двоение и троение".

Отсюда и берет начало мучительно пробивающая себе дорогу тенденция к увеличению кратности пахоты и боронования. Жизненные наблюдения земледельца давно уже показали, что хлеб "выше, чаще, лучше и чище" всходит вблизи меж, где из-за необходимости маневрировать сохой или ко­сулей земля часто вспахивается повторно (два и более раза) и особенно много боронуется.

Двукратная вспашка ("двоение"), сравнительно древний прием обработ­ки земли, органично связана с внесением на паровое поле навоза, который в июне запахивают в землю, боронят и оставляют париться, то есть преть, почву с навозом. Затем второй раз пашут и боронят уже под сев озимых.

Это традиция весьма древняя для большинства районов Центра России. Разница состояла лишь в сроках и способах заделки семян.

 

Двоение и троение

Подмосковья

 Начнем наш обзор с Московской губернии. 

Здесь в большинстве уездов сохранялся обычай однократной вспашки пара. В Клинском, Дмитровском, Звенигородском, Воскресенском, Коломенском и Серпухов­ском уездах129 навоз на поле вывозят в июне, а, как все вывезут, то раз­бивши и запашут сохой... потом, заборонивши оную, оставляют лежать до посева". То есть пашут и боронят по одному разу. Перед самым севом всюду, кроме Коломенского уезда, пар вспахивают "в другой раз" и, засеяв, тотчас боронят. В Коломенском же уезде, посеяв озимь, только потом па­шут и боронят во второй раз.

Несколько иная ситуация была в Московском у. Здесь, как писал на­блюдатель, "навозят землю под озимой хлеб в июне месяце и оную тогда ж вспахивают и боронят. Потом в августе в первых числах начинают сеять, что обыкновенно продолжается августа от 6 до 25 числа, а нередко и долее. Посеявши рожь, тот час вспахивают и еще боронят. Так же точно поступа­ют и с озимою пшеницею. Но в некоторых местах для лучшего урожая зем­лю двоят, то есть, положа навоз, дважды вспахивают и дважды боронят". В Рузском у. обработка пара точно такая же. Только навоз вывозят на по­ля здесь в июне, а запахивают и боронят — в июле (хотя возможно, что здесь в тексте описка). Аналогично поступают в ряде селений: при заделке навоза землю "двоят", то есть пашут и боронят подряд по 2 раза "для луч­шего урожая". И в Рузском, и в Московском уездах в августе на обрабо­танную в июле пашню сразу же сеют рожь и озимую пшеницу и только по­том ее запахивают и боронят. Двойная обработка паровой пашни, видимо, была следствием господства в этих районах тяжелых почв (в Серпуховском у. это суглинок и песок с синим камнем, в Рузском у. грунт "суглиноват", каменист и частью "пещаной", в Коломенском у. — на ровных местах "гли­нистый с серью", в Воскресенском у. — суглинок, а кое-где серый, в Мос­ковском у. — глинистый, а кое-где "песчан", в Верейском у. — "песчан", частью иловат, а более сутлинист. Суглинки были в Дмитровском у.).

В то же время в некоторых районах Московской губ. озимые поля об­рабатывались трижды, то есть пар двоился, а третья вспашка была предпо­следней или для заделки семян. Так, в Волоколамском у. "пашня двоится, а иногда троится". В Можайском у. также "пашня двоится, а инде и троится". Между прочим, в Можайском и Звенигородском уездах навоз везут около половины июня, разбив, пашут сохой и в это время пашут всю землю первый раз, даже и ту, где не положен навоз, "ибо здесь не токмо, чтоб вся земля в поле каждый раз была унавожена, но у редкого земледельца и по­ловина унавоживается" ("землю унавоживают более под рожь, но и то не всю, ибо у редкого земледельца и половина бывает удобрена за недостатком навоза"). В Богородицком у. "пашут и боронят озимой хлеб дважды". В Бронницком у., где "грунт земли суглинистой, а в некоторых местах су­песь хорошего свойства , тем не менее навоз вывозят "под озимь в июне и тогда же вспахивают и боронят по 2 раза и оставляют до посева, который начинают августа с первых чисел, а потом запахивают и в третий раз". В Никитском у. "пашут и боронят под озимый хлеб два раза в июле (?) меся­це, сеют в августе". Наконец, в Подольском у. землю "пашут лошадьми и удобряют под озимой навозом, который вывозят в июне месяце и тогда же пашут и боронят два раза, а под пшеницу — по три раза в июне и в июле месяцах. Сев начинается с 1-го августа и продолжается до сентяб­ря". Факт четырехкратной вспашки под озимую пшеницу для России яв­ляется редчайшим, однако не следует забывать, что этот посев занимал в озимом поле очень небольшую часть. Именно из-за того, что особых усилий на это не требовалось, и стала возможной столь интенсивная обработка.

Что касается яровых посевов, то практически на всей территории Мос­ковской губернии земля под яровые обрабатывалась по-прежнему минималь­но. Пахота начиналась, как, например, в Бронницком у., "по открытии вес­ны и смотря по времени, когда поля обсохнут", то есть с 15 по 20 апреля. После пашни и боронования поле оставляли до сева, обычно начинавшегося с 4 мая. Потом шла заделка семян, перед которой обычно была вторая вспашка. Точно об этом можно говорить лишь по отношению к Дмитров­скому уезду. Подобный режим обработки, видимо, был в Рузском, Коло­менском, Воскресенском, Звенигородском уездах. Троекратную вспашку под яровые культуры можно предположить в некоторых местах Московского, Серпуховского, Можайского уездов, ибо обо всех них в нашем источнике сказано: "Земля двоится, а инде ("а в некоторых местах") троится". В материалах Волоколамского у. читаем: "Земля под пашню двоится, а инде троится, особливо под яровые". И, наконец, в Богородицком у. пашут "а под ярь и три раза", в Никитском у. "под яровой пашут три раза". Кяк и под озимую пшеницу, в Подольском у. "под овес, гречу, лен и ячмень па­шут в исходе апреля — начале мая: пашут и боронят два раза". С середины мая был "сев яри": "и землю большей частию двоят. Это снова единст­венный случай четырехкратной обработки земли в Центре России. И каза­лось бы, можно было ожидать и весомого урожая. Однако столь огромная затрата труда решала лишь вопрос выживания крестьянского хозяйства, ибо урожай здесь был "большей частию сам-3, а редко более", и это касалось всех главных культур (ржи, ячменя, овса, гречи, пшеницы и конопли). На удоб­ренных навозом землях прибавку урожая давала озимая рожь ("сам-4, а редко сам-5"), яровые давали урожай сам-3 и сам-4, "а больше весьма редко".

 

Двоение и троение

в Тверском краю

 В соседней, более северной Тверской губернии земля была гораздо хуже для обработки. "Вообще, — пишет наблюдатель, — земля в Тверской губернии серая, не глубже двух вершков лежащая, под которой второй слой состоит или из суглинка, или из настоящей глины". Этот "вто­рой слой глинистый... при поднятии сохою, мешается с серой землею, то и требует всегдашняго удобрения и сухой погоды". Тонкий почвенный слой в сочетании с водонепроницаемыми глинистым и суглинистым слоями в дождливое лето приносит, как правило, неурожай. Так называемой серой земли, наиболее мягкой для вспашки, более всего имели два уезда: Кашин­ский и Ржевский. В остальных серая земля перемежалась с песчаной, сугли­нистой, иловатой и т.п. Так, в Зубцовском у. земля "по берегам Волги песчаная и глинистая, по отлогостям и вершинам — иловатая" на суглинке и глине, по р. Вазузе — серая (это лучшая по плодородию земля). В Старицком у. — по берегам Волги — глинистая и песчаная, в окрестностях города — глинистая и иловатая, к Новоторжскому уезду... серая, отчасти с глиною и голым булыжником, в прочих местах — серая на 3 вершка, а под нею суглинок и супесь. В Корчевском у. "грунт земли" на луговой сторо­не Волги — глинист и песчан, на нагорной стороне — глинист и иловат, однако хлебороден, к Кашинскому уезду — серая с камнем (под ними суг­линок и глина), к Тверскому уезду — серая без камня" и т.д.

Иначе говоря, в Тверской губернии гораздо больше тяжелых для обра­ботки почв. Поэтому, видимо, неслучайно, что однократная обработка пара с последующей предпосевной запашкой здесь встречается гораздо реже, а троекратная обработка — чаще. Так, в Ржевском у. пашня под рожь дво­ится (сеют в губернии почти всюду под борону). В Краснохолмском уез­де "пашню двоят, сеют под борону". В остальных же уездах почти всюду в основном "двоят", а иногда и "троят". Так, в Тверском и Бежецком уез­дах земля под пашню двоится, "а в некоторых местах троится". В Калязинском у. "земля двоится, а иногда и троится". В Зубцовском и Кашин­ском уездах "пашня двоится, а инде троится". По свидетельству В. Приклонского, в Кашинском у. двоили и под овес, и под гречу, и под ячмень, а перед севом дополнительно "подскореживали" под яровую пшеницу и лен. В Осташковском у., где были в основном тяжелые иловатые и болотные почвы, "земля двоится и троится". А в двух уездах — Корчевском и Весьегонском — "земля по большей частию троится". Таким образом, непосредственного влияния растущего товарного рынка здесь не было. Ведь крепкая земля просто принуждала к троению. Автор топографического опи­сания Тверской губернии так это объяснял: "Серая земля, будучи мяхче, под пашню перепахивается два, а иловатая и глинистая — три раза". Хотя практически троили чаще всего лишь яровое поле (так, в Зубцовском у. "а инде троится, особливо под яровое"). Чаще всего двоили рожь и овес, а троили лишь маленькую часть ярового клина (например, в Ржевском у. и др.).

Цель этой непосильной при коротком сроке посева яровых дополнительной пахоты — получение лишь сносного урожая. Во второй половине XVIII в. важнейшим хлебородным резервом Тверского кроя по-прежнему были лес­ные росчисти.

 

Двоение или троение

в регионах

 В других регионах вывоз навоза по времени происходил несколько позже. Так, в Переяславль-Залесской провинции "в июле, сколько у кого есть навоза, вывозят, кладут кучами, потом разбивают, вспахивают и еще боронуют. Лежит (пашня, — Л. М.) до августа. В августе паки вспа­хивают и сеют на ней рожь и заборанивают вторично". Точно так посту­пали и во Владимирском уезде. Интересна особенность двоения в уездах Костромского кроя. Здесь между запахиванием навоза и боронованием про­ходит довольно длительное время. В нюне "вывозимый на поле навоз в тож время косулею запахивают. После чего оставляют землю согреться и ко­реньями порастающей в ней травы подопреть. И тогда ее заборанивают, разбивая тем глыбы и очищая пашню от кореньев. Потом пашут и ежели мягкая земля, то засевают и заборанивают".

В некоторых краях Нечерноземья "двоение" стало распространяться и на некоторые яровые хлеба. В Переяславль-Залесской провинции в 60-х гг. XVIII в. "в апреле месяце по сошествии снега сперва землю вспашут и за­боронят и так оная под паром бывает не более 2 недель. Потом сию землю вторично вспашут и тот яровой хлеб, а также льняное и конопляное семя сеют и заборанивают". Перед нами, таким образом, не традиционное двоение, связанное с необходимостью удобрить землю, а интенсификация обработки почвы. Причем в этой провинции пашня двоилась не под все яровые куль­туры, а лишь под яровую пшеницу, ячмень, лен и коноплю. Овес выдержи­вал по-прежнему однократную вспашку и боронование. Во Владимирском, Гороховецком, Александровском уездах Владимирской губернии под яровые двоили пашню лишь в песчаных местностях, в остальных уездах "под ярь пахали и боронили по одному разу". По всей вероятности, двоение и ози­мых, и яровых было в Нижегородском, Арзамасском, Макарьевском, Васильском, Сергачском, Ардатовском и Семеновском уездах. Двоение яровых, видимо, было и в Ярославской губ. Первая вспашка была плугом на паре лошадей, а вторая сохою с одной лошадью. Отсюда и наблюдение ав­тора описания губернии: "Землю пашут в некоторых местах по два, а в дру­гих по одному разу и боронят по однажды". Землю "пашут по два раза". Все это сказано без оговорок, что речь идет о вспашке только озими. В Да­ниловском у. пахали косулями" и сохами по два раза.

В некоторых районах России, например на Севере, древним приемом (пожалуй, с XVI в.) было и троение озимых. Так, в Олонецкой губ. "под рожь сперва пашут в начале июня, потом — в исходе того месяца, и, нако­нец, посеявши ее, перепахивают в третий раз в первых числах августа". Заметим попутно, что в Олонецкой губернии климат был несколько мягче, чем в Архангельской; особенно ее отличала сравнительно теплая осень вбли­зи озер. Поэтому ассортимент культур, сеянных в Олонецком крае, был го­раздо разнообразнее, чем в Архангельской губ., а озимь сеяли чуть позже, иногда даже в сентябре(!).

Практика двоения озимого (парового) поля характерна и для Пермской губернии. Причем двоение здесь в равной мере применялось как на удобряе­мых, так и неудобряемых землях. Разница была лишь в сроках вспашки. Первая, когда запахивали навоз, в Пермском, Оханском, Обванском, Красноуфимском, Камышловском и Долматовском уездах была в июне, в Алапаевском — в июле, а в Осиновском и Екатеринбургском уездах — в мае (вторая вспашка была здесь в июле) . Двоение было и в таких уездах, как Верхотурье и Кунгур. В одном из северных уездов губернии, Соликамском, "пашут под озимое по два, а зарослое (видимо, залежь, — Л. М.) — по три раза". Тройная перепашка была и в Камышовском уезде.

 

Двоение в Черноземье

"Двоение" и озими, и яровых в XVIII в. про­никает и в черноземные районы. Например, в Тамбовском уезде, как и во многих других уездах Тамбовской губ. (Моршанском, Козловском, южной части Шацкого и др.), "пашут... землю на лошадях сохами: под озимой хлеб приготовляют роспашкою и боронят в июне месяце. С первых чисел августа зачинают се­ять рожь и запахивают. Пшеницу после запашки забороняют. А под яровой хлеб, как то: под овес, под ячмень, мак, горох, просо и гречю приуготовля­ют землю прежде вызжением (где скотом не выбито озимого жнива). По­том, вспахав и выбороня, сеют, запахивают и заборонывают таким же обра­зом, как озимую пшеницу. В исходе майя месяца навозом земли совсем не удобривают, а только стараются прежния жнива выбить скотом и, где более скот ходит, и лутче толока, там отменно хороший и хлеб родится". Таким образом, в тамбовских краях причудливо переплетается древняя примитивная архаика и более интенсивное вложение труда в обработку земли. В Пензен­ской губернии все жители сей округи земли своей по натуральной ея тучно­сти ничем не удобряют. Пашут сохами на лошадях всегда по два раза, а бо­ронят по одному. Начинают пахать под озимой пар в июне". Двоение без внесения навоза было почти повсеместно распространено в Воронежской губ. Причина в твердости грунта: "...земля, будучи тверда, пашется под ози­мой и под яровой хлеб дважды, что называют по-здешнему подпаривать или под пар пахать". На севере Орловской губ., в частности в Дмитровском у., пашут и боронят "под рожь, овес, гречиху, горох по дважды". В Ка­ширском уезде двоили под лен яровую пшеницу, гречу и ячмень, Вместе с тем крестьяне землю под рожь по большей частью однажды только пашут и боронят" (весь навоз у крестьян уходит на конопляники). Двоение под некоторые яровые было и в Курской губ. (под мак, просо, пшеницу, коноп­лю и лен). Под некоторые из них (коноплю и отчасти пшеницу) при двоении вносили навоз.

 

Интенсификация

"избранных"

Во Владимирском у. в конце апреля — начале мая вывозили навоз под пшеницу и отчасти под овес. Часть ярового поля удобряли на­возом и в Калужской провинции. "Как только лишь снег с поль сойдет и земля так просохнет, что по оной лошадь, запряженная в сохе, ходить мо­жет свободно и не вязнет, тогда под (яровые, — Л. М.) семена землю нач­нут пахать. А вспахав, дают несколько просохнуть, чтоб она лучше от боро­ны рассыпалась. Потом ее боронят, и, когда есть довольно навоза, то на за­бороненной земле по мере пшеничных, ячменных и конопляных семян кладут мелкий навоз. А у которого мало навоза, тот за нужное почитает унавозить только конопляную землю. Потом всю еще в другой раз вспашут и заборо­нят для того, чтоб сия земля для посеву семян была нужнее или мягче. По­сле сего начинают сеять в мае, в первых числах... горох и пшеницу, около 8 или 10 числа того ж месяца. По посеянии сих семян в третий раз вспашут и заборонят". Почти рядом, в Переяславль-Рязанской провинции практика унавоживания полей изменена была кардинально. Здесь в большинстве сво­ем отказались от вывоза навоза ранней весной. "Навоз возят на поле в глу­бокую осень, также по первому зимнему пути в Петров и в Великие по­сты". Вносят удобрения почти под все яровые культуры (здесь речь идет, видимо, о помещичьем хозяйстве), кроме гороха и гречи. Однако главное внимание было обращено на загонки с яровой пшеницей. Унавоживание со­четалось в Переяславль- Рязанской провинции с двоением ярового поля. Третий раз поле вспахивалось и боронилось после высева семян. Осенне-зимний вывоз на поля навоза для этого региона явление необычное. Здесь традиционно возили осенью навоз лишь на конопляники. Навоз вывозили зимой в Олонецком крае ("имея достаточно сенных покосов и скота, упот­ребляют земледельцы довольно рачительно малые поля свои, но навоз с дворов свозят и кладут на пашню в зимнее время, предполагая эделать ее чрез то более сочною"). На Урале, в Пермской губ., осенний вывоз на­воза был распространен в тех районах, где удобрение полей было настоя­тельной необходимостью. Так, в Пермском, Оханском, Обванском уездах "для удабривания земли обыкновенно у всех крестьян употребляется навоз по надобности, смотря по пашне, под рожь, а временами и под яровой. В октябре и ноябре месяцах по нападении перваго снегу вывозят навоз и по всему полю кладут кучами для озимоваго. С первых чисел июня разбивают кучи по пашне и землю с навозом вспахивают и еще боронуют, которая ле­жит с оным навозом в пару до августа месяца. А во оном паки эту землю вспахивают, после чего на ней ржаной хлеб сеют и сей хлеб вторично забо­ранивают..." В Ирбитском у. навоз возят и летом, и осенью, и зимою, в июне же пашут, а лишь "боронят боронами железными и деревянными на лошадях ж небольшие ребята, называемые бороноволоками"184. Практика осенне-зимнего вывоза навоза вызвала необходимость специального, предва­рительного сбора навоза. "Навоз собирают от скотины в каждом дворе чрез зиму и лето, которой бывает разметан по двору", "в осень пред октябрем тот навоз сгребают в кучи и в тех кучах оной горит", образуя перепревший "мелкий навоз". Таким образом, интенсификация обработки ярового поля повлекла за собой радикальное изменение традиции.

Двоение яровых полей (в частности, под пшеницу) проникло даже в Самарское Заволжье, в пределы Оренбургской губ. "Чтоб хорошо пшеница родилась... с начала весны наперед всего вспахав и выбороня землю, должно ее покинуть, дабы она прела, что называется здесь пар. Потом ту ж землю еще пашут, сеют и боронят в другой раз". Здесь в XVIII в. двоение на­блюдается и при распашке новины. Причем начинается оно осенней зябле­вой вспашкой с последующим паром, что является яркой агрикультурной особенностью края. На Урале, в Пермской губ., где в целом суровые кли­матические условия и бюджет времени на сельскохозяйственные работы очень напряжен, во второй половине XVIII в. для некоторых яровых куль­тур применяется двоение. Так, в Пермском, Обванском, Оханском уездах "под посев... ярового хлеба неравное приуготовление бывает: под пшеницу, ячмень, ярицу (яровую рожь, — Л.. М.), семя конопляное в майе месяце сперва землю вспашут и заборонят. И так оная под паром бывает не более недели. Потом сию землю вторично вспашут и тот хлеб сеют и заборанивают". Если в Центре России перепарка занимает три, в крайнем случае две недели, то в условиях Урала ей отводится всего одна неделя. Но и в этом случае польза, видимо, была.

Что же касается других яровых культур, то в этих уездах овес, горох, греча, репа и льняное семя подвергаются буквально молниеносному процессу обработки земли и сева ("сеют без... подпарки: только однажды вспашут и как скоро сие последует, то того ж дня и засевают и заборанивают"). Связано это, скорее всего, со стремлением к возможно более раннему высе­ву в условиях, когда земля становится готовой к пашне сравнительно позд­но. Развитие и рост растений занимает в условиях Урала весьма длительное время, созревает "яровой (хлеб, — Л. М.) невступно чрез пять месяцев — как в начале сентября". А, скажем, в Архангельской губ., в Шенкурске ячмень, овес и пшеница созревают за 12—13 недель, т.е. три — три с не­большим месяца. И лишь горох и конопля требуют 15—16 недель. Там, где позволяла земля, даже в суровых условиях Ирбитского уезда первую из трех вспашку яровых проводили в конце апреля — начале мая. В ряде же уездов под все яровые пахали и бороновали лишь однажды (Чердынь, Ека­теринбург, Соликамск).

Таким образом, "двоение" под яровые культуры, предпринимаемое из­бирательно, — явление новое и широко распространенное для XVIII в. На­конец, следует подчеркнуть, что к югу от Москвы и вообще в черноземных регионах обработка важнейших продовольственных культур ржи и овса ос­тавалась минимальной, т.к. давала экономически вполне приемлемый ре­зультат. А.Т. Болотов писал, в частности, что под рожь крестьяне "по большей части однажды только пашут и боронят. Потом разсевают оную и запахав боронят, несмотря, что земля иногда множеством глыб наполнена". Видимо, наиболее типичным при однократной вспашке и бороновании под озимую рожь является разрыв во времени этих операций. В Калужской провинции "сперва вспашут оную (землю под рожь, — Л.. М.) в исходе июня и лежит вспаханная недели три. В исходе июля — "в начале августа заборонят. А с 10 и 15 числа августа сеют рожь".

Таким образом, сдвиги в интенсификации обработки почв в XVIII столетии имели существенное значение, хотя и не являлись кардинальными.

 

Где же троение

стало правилом?

С точки зрения агрикультурной особенности еще более интересно развитие практики трехкратной вспашки земли. Наиболее древнюю традицию оно имеет в Вологодской губ. В 60-х гг. XVIII в. троение с па­ром и перепаркой было существенным способом повышения урожайности (рожь до сам-10) и очистки полей от сорняков. Троение под озимь было непременным правилом и в Архангельской губ. Принципиально важной агрикультурной особенностью является троение озимых в Тверской губ., частично оно было распространено ("инде троится", "в некоторых местах троится") в Тверском, Бежеуком, Осташковском уездах. Весьма приме­чательно, что при троении озимого в Кашинском у. иногда "троят, пахав все три раза тем же летом, или первый раз с осени, а два раза летом в то же время как двоят". В большинстве же уездов пашня троилась (Старицкий уезд — "земля по большей частью троится", Корчевский уезд — "земля большей частью троится"). Разумеется, часто определяющими здесь были механические качества почв (троилась "иловатая и глинистая земля"). В Костромском крае троение диктовалось как твердостью грунта, так и стрем­лением повысить урожай: "А буде туга (земля, — Л. М\) или прилежной земледелец пожелает употребить более труда в надежде несумнительного от лутчей мягкости земли плодородие, а притом, ежели позволит время (в разсуждении уборки сена и жатвы), то, другой раз вспахав и переборонив зем­лю, перепахивает в третий раз. И тогда уже посея заборанивает. Сей труд верно награждается некоторым прибытком в урожае противу тех, которые пашут только 2 раза". За этими весьма изысканными фразами наблюда­теля XVIII века кроется буквально трагическая ситуация: стремление к по­вышению урожая разбивается о жесткий дефицит времени, наталкиваясь на сенокос или жатву. Троение озимого поля — удел немногих. Видимо, вследствие этой причины троение озими слабо распространялось даже там, где оно было необходимо. Так, в Шадрине ком у. Пермской губ. при вспаш­ке новины под озимь "весной... оную съпашут н съборонят. И преет оная до сенокосного времени. А иногда и паки перепашут оную". Третий же раз пашут в августе перед севом. Совсем наоборот сложилась практика во Вла­димирской губернии. Здесь пашню троили под рожь главным образом на песчаных землях. Во Владимирском у. "пашут для ржи в песчаных местах три" раза; в Переяславль-Залесском у. "в песчаных местах пашут под рожь по три" раза; в Александровском у. "пашут для ржи... в песчаных местах по три" раза. В Гороховецком у., где вообще господствовали песчаные почвы, под рожь пахали и 2 и 3 раза.

banner 240x200px

Популярное